Нынешняя КПРФ — продолжатели вашего дела?

Нет. Проверяется это не названием и не знаменем, а тремя вопросами.

Первый: чьё недовольство она организует и куда его переводит. Я сам ходил в Думу и в парламент вообще не верил — но я входил туда, чтобы иметь трибуну и раскачивать власть, а не чтобы быть её удобным клапаном. Партия, которая собирает протестный голос, а потом аккуратно укладывает его в лояльность, делает не мою работу, а работу тех, кому она выгодна. Второй вопрос: чем она живёт — своей кассой, своими рабочими ячейками на заводах, своей связью с забастовками и стачками, — или тем, что начальство считает её терпимой и безвредной. Опасную партию так не терпят. Третий: готова ли она взять власть и отвечать за неё — за хлеб, за заводы, за войну, за всё, а не за место во фракции и за соцопросы.

Что признаю честно: она держит память об Октябре, о Союзе, о том, что история не закончилась в девяносто первом, и это не пустяк — ломать эту память выгодно как раз тем, кто грабил. В Думе говорят иногда дельное про пенсии, ЖКХ, про то, как уводят доходы наверх. Но кто ловит рыбу в чужом пруду, тот содержимое пруда не переделывает.

Скажу прямо: называть себя продолжателем легко и дёшево. Продолжение — не в заявлении, а в организации, которую невозможно ни купить, ни запугать. Этого я не вижу.